Сначала ты увлекаешься биологией, а потом по заказу правительства создаешь уникальные ядовитые вещества и прячешь их в хитрые шпионские изобретения, чтобы устранить врагов государства. Это не сюжет голливудского триллера, а история из жизни одного ученого из Бронкса. Более подробно о таких зигзагах судьбы расскажем в этой статье на bronx1.one.
Способный ученик
Сидни Готлиб родился в Бронксе 3 августа 1918 в семье венгерских еврейских иммигрантов. В детстве мальчик особенно не проявлял выдающихся способностей к каким-либо наукам или увлечениям, учился в средней школе Джеймса Монро. Семья жила довольно скромно, больших денег не имела, поэтому после школы Готлиб поступил в бесплатный городской колледж в Нью-Йорке. Тогда впервые у него появился настоящий интерес к учебе, особенно увлекали молодого человека биология и химия. Сидни задался целью поступить в Висконсинский университет на биологический факультет. Для того, чтобы получить необходимые специализированные знания, сначала он посещал Арканзасский технический университет, где изучал ботанику, органическую химию и основы молочного производства. Сидни добросовестно учился и очень скоро осуществил свою мечту — стал студентом Висконсина, где его наставником стал Айра Болдуин, помощник декана колледжа сельского хозяйства. В 1940 году Готлиб завершил обучение с отличием. Его достижения в университете вместе с прекрасной рекомендацией Болдуина позволили Сидни поступить в Калифорнийский технологический институт, где он получил степень доктора биохимии и защитил диссертацию.
В поисках работы
В институте Готлиб встретил свою будущую жену Маргарет Мур, дочь пресвитерианского миссионера. Когда учеба закончилась, Сидни и Маргарет поженились, но оказалось, что взрослая реальная жизнь не так проста и радужна, как была в институте. В трудные послевоенные времена найти работу оказалось не так-то просто. Некоторое время молодая семья, в которой уже родились две дочери, жила в маленьком домике вблизи Вены, штат Вирджиния, в очень скромных условиях. В доме даже не было электричества и воды. Наконец, Сидни удалось устроиться на работу, да не куда-нибудь, а в Министерство сельского хозяйства США, где он исследовал химическую структуру органических почв. Затем Готлиб перешел в Управление контроля качества пищевых продуктов и медикаментов, где разрабатывал тесты для выявления наркотиков в организме. Однако эта работа была слишком простая и скучная для Сидни, привыкшего к сложным задачам и аналитической работе. В 1948 году Готлиб перешел в Национальный исследовательский совет, где занимался исследовательской работой. Но и тут ему не сиделось на месте. Вскоре он переехал в университет Мэриленд и стал научным сотрудником, сосредоточившись на метаболизме грибов.
Первые проекты в ЦРУ: неудачные «синие птицы» и «артишоки»
В 1951 году Готлибу как-то позвонил Болдуин и сделал неожиданное предложение — работать на ЦРУ. Сидни был известен своим большим опытом работы с разными ядовитыми веществами, а Болдуин тогда возглавлял программу биологической войны в Форт-Детрике.
50-е годы все помнят как острую фазу холодной войны. Американцы были озабочены угрозой коммунизма, что способствовало расширению экспериментальных методов ЦРУ. СССР и Китай уже использовали техники «промывания мозгов» на своих гражданах и заключенных, и США пытались догнать их на этом «фронте».
В момент прихода Готлиба команда работала над проектом BLUEBIRD. Главной задачей разработчиков было создание методов «специального допроса» с целью взлома самоконтроля с помощью наркотиков.
Проект BLUEBIRD нуждался в профессиональном научном подходе, к работе привлекли Готлиба. Он прекрасно проявил себя с первых дней, поэтому через некоторое время стал начальником нового химического отдела технических служб. Позже было получено распоряжение расширить и централизовать BLUEBIRD, переименовав его в проект ARTICHOKE, что дало Готлибу еще больше власти.
Американцы стремились найти «сыворотку правды». Готлиб проводил эксперименты с ТГК, кокаином, героином и мескалином. Но результатов не было. Проект ARTICHOKE был признан неудачным и закрыт.
Работа над проектом MKUltra
Прошло уже полтора года работы Готлиба в ЦРУ, а результатов не было. Сидни экспериментировал с разными наркотиками, дозами и сочетаниями, прежде чем понял, что ЛСД не было должным образом протестировано агентством, ведь это наркотическое вещество было синтезировано только 13 лет назад. Готлиб активизировал эксперименты по ЛСД в ЦРУ. После нескольких месяцев опытов он обратился к директору ЦРУ с предложением запустить новый проект под названием MKUltra.
Готлиб набрал группу исследователей, ученых и бывших сотрудников OSS и погрузился в работу. Синди был одержим идеей создать «сыворотку правды» и прибегал к любым способам достичь цели. Первоначально эксперименты ставили на студентах. Готлиб приходил со своими помощниками в кампус и предлагал всем желающим присоединиться к программе. Условия были простыми и достаточно привлекательными для молодых студентов. За каждую принятую дозу препарата на основе ЛСД платили 25 долларов. Сидни казалось все просчитал: подобрал идеальную возрастную группу, приближенную к основному военному контингенту, разработал идеальную формулу. Но эффект был не тот, которого он ожидал. Тогда он сделал вывод, что достичь результатов можно только, введя препарат без предупреждения.
Почти вся информация по дальнейшему эксперименту в рамках проекта MKUltra была засекречена, а впоследствии уничтожена, ведь ЦРУ нарушало суровый запрет ставить медицинские опыты на людях без их согласия. Остались только свидетели тех событий, улик и доказательств нет. Одна из историй связана с секретной операцией во Франции. Агенты ЦРУ под руководством Готлиба распространили «наркотический хлеб» в небольшом поселке Пон-Сент-Эспри, подсыпав ЛСД в муку. Сотни людей получили психологические травмы, по меньшей мере 7 погибли. До сих пор Америка не признала своей причастности к массовому отравлению ЛСД во Франции. Еще один трагический случай, связанный с опытами Готлиба, закончился смертью его коллеги. Однажды он дал ЛСД военному бактериологу Фрэнку Олсону во время ретрита MKUltra, что привело к психическому расстройству Олсона и его смерти через неделю.
Безжалостный химик
Постепенно от создания «сыворотки правды» Готлиб перешел к получению звания «главного американского отравителя»
В марте 1960 года в рамках «Кубинского проекта» Готлиб предложил опрыскать телестудию Фиделя Кастро ЛСД и обработать его ботинки таллием, чтобы вызвать выпадение бороды. Он также разрабатывал различные планы убийства Кастро, в частности использование отравленной сигары, взрывающегося гидрокостюма и смертельной авторучки. Кстати, именно зараженный грибком и туберкулезной палочкой костюм, созданный Сидни Готлибом, должен был передать Фиделю Кастро известный американский дипломат Джеймс Донован, которому доверял кубинский лидер. Однако потом от этой сделки отказались.
На счету Готлиба много других изобретений, которые помогали устранять врагов американского правительства: ядовитые носовые платки, карандаши, сигареты, конфеты и т.д. Также Сидни создал серебряные монеты с ядовитой шпилькой внутри, которые выдавали пилотам особого назначения.
В случае попадания в плен они должны были использовать яд, чтобы не страдать от пыток и не сдать государственные тайны на допросах.
Жизнь после отставки
Готлиб покинул ЦРУ в 1973 году. После этого он жил с семьей в Калпепере, штат Вирджиния, где занимался выращиванием коз. У супругов было две дочери и два сына. В течение двух лет они с женой Маргарет путешествовали по Австралии, Африке и Азии. На время они даже задержались в Индии и руководили там больницей для больных проказой.
После этого Готлибы вернулись в Санта-Круз в Калифорнии, чтобы больше времени проводить с внуками. Сидни страдал заиканием с детства и после выхода на пенсию решил помогать людям с дефектами речи. Он получил магистерскую степень по логопедии в Университете штата Сан-Хосе. Последние годы супруги Готлибов провели в Вирджинии. Они занимались волонтерской деятельностью, а Готлиб использовал свой новый диплом для работы логопедом в средних школах и хосписах.
Сидни Готлиб скончался 7 марта 1999 года в своем доме. Сообщалось, что у него были проблемы с сердцем, но его жена не разглашала причину смерти.
